Таков был ответ России на смертельный выбор между Верой и Прогрессом.

Ставить вопрос, хорошо ли то, что Пётр I круто повернул историю России, бессмысленно. Он ответил на вызов, который бросила ему История. Как ещё в той ситуации можно было обеспечить защиту от хищников, окружавших страну подобно тому, как окружают сегодня? Петровская Россия нуждалась в пушках и ружьях, а для этого нужно было производство. Для производства требовалась экономика западного уровня. Для создания такой экономики нужны соответствующие условия. Создавая их, Пётр убирал с пути развития экономики главные помехи — традицию и веру. Традицию он ломал, веру умалял. Такие сломы без крови и мучений невозможны. В России особенно. Как бы там ни было, но благодаря Петру Россия за относительно короткий срок сравнялась по силе с Европой. Петру ставят в вину, какой ценой это было достигнуто. Да, цена страшная. До сих пор нашу землю сотрясают последствия тех событий. Практически всё, что есть у нас мерзкого и недостойного, мы получаем из «окна», «прорубленного» Петром. Но давайте смотреть шире. Что было бы с Россией, если бы Пётр не решился на реформы? Экономики точно не было бы. Значит, не было бы производства и вооружённой пушками и ружьями армии. Где оказалась бы сегодня Россия? И была бы она на современной карте вообще?

Повторим: цена за сохранение страны заключалась в умалении веры и традиции. Но если бы Пётр не пошёл на это, Россию свели бы до уровня Монголии. Реформы Петра — это ответ России на вызов Истории. Благодаря Петру Россия сдала экзамен на право жить.

Сегодня история вновь бросает нам вызов. Снова Смутное время. Снова сдавать экзамен. Велика уверенность, что мы его сдадим. До сих пор, после всех разорений и хаоса, мы обладаем огромным потенциалом. Демократические реформы не сломали костяка страны. Наш остов (вера и традиции) цел. Храмы стоят и вера жива. Это главное. А мясо, как говорится, нарастёт. Беда будет, когда нам кости сломают. Сегодня основная задача состоит в том, чтобы кости уберечь — именно по ним целятся наши враги.

Значение деятельности Петра не в том, что он посеял в России зёрна атеизма, а в том, что он действовал по ситуации, решая невиданную по объёму задачу. Его реформы оказались неожиданным препятствием для воинствующей потребительской цивилизации, расползавшейся по всему миру. Ещё немного, и она задушила бы Россию в рыночных объятиях.

Сегодня маммона опять стоит на пороге. И снова мы видим предпосылки, позволяющие утверждать, что в России скоро возникнет новая сила. Совместив в себе всё лучшее от СССР и монархии, эта сила в очередной раз сможет дать отпор своему кровному врагу — маммоне.

Подробнее мы поговорим об этом далее, а пока вернёмся к Петру. Только богопомазанный царь, с гигантским авторитетом, могучей энергией и возможностями мог культивировать в России чуждые для неё идеи. И хорошо, что не вполне успешно. Если бы всё происходило как в Европе, где монарх имел право менять веру своих поданных («вестфальское правило»: чья власть, того и вера), трудно представить, что было бы с Россией.