Не хочешь быть педерастом — не будь. Не желаешь умереть от передозировки — не колись. Не нравится «порнуха» — не смотри. Но не лишай права других делать то, что они хотят. Потому что они свободны и имеют право сделать свой свободный выбор.

Кажется, логично. И самое убийственное в их логике, что есть статистика, согласно которой народ действительно всё это сам смотрит, читает, покупает и пьёт. Никто не заставляет. Кажется, вот оно, проявление воли. Но ценители демократических свобод скромно забывают упомянуть о рекламном эффекте, который раньше назывался проще и понятней — соблазном. Сейчас его активно используют в рекламных речевках и слоганах. Любая реклама пестрит словами «искушение», «грех», «страсть». Тот, о ком не принято упоминать к ночи, материализуется на наших глазах.

* * *

У человека есть естественные желания, данные от рождения, и есть созданные. Например, хоть сейчас, хоть сто лет назад мужчина совершенно конкретным образом отреагирует на женские прелести. А вот музыка столетней давности вызовет другие эмоции, нежели современная. Человеку кажется, это потому, что именно эта музыка ему нравится, что он сам делает выбор. На самом деле, это сформированный вкус, навязанный извне. Как упоминалось ранее, кто формирует вкусы, тот определяет направления потоков социальной энергии. Судя по сегодняшнему направлению, сила, культивирующая вкусы, имеет глубоко античеловеческое начало.

Современная система превращает людей в существ, у которых в принципе не может быть высоких целей. Из народа делают массу, толпу, стадо. В такой атмосфере даже сильная личность становится амёбой с двумя мыслями: где взять денег и как их потратить. Народ подчиняется пороку, требуя одного — хлеба и зрелищ. На этом фоне множатся сексуальные и наркоманские революции. Кажется, вот оно счастье, всё можно и все свободны…

Кто-то скажет, возможно, так и есть. Зачем людям запрещать, зачем навязывать эту точку зрения, если им нравится жизнь, которой они живут. Такой подход имел бы право на существование, если бы охватывал всю жизнь, а не вырванную из неё минуту. Уколовшемуся наркоману какое-то время тоже хорошо, но если взять ситуацию в целом, а не миг «кайфа», мы увидим ломку и скорую смерть. Наркомания в масштабе суток — это рай. В масштабе года — ад. Аналогично и с демократией — сиюминутный взгляд оценивает её как лучшую модель общества. В долгосрочном масштабе демократическая модель оказывается мясорубкой человечества.

* * *

Мир изменился. Экономические выкладки Смита и Риккардо, Маркса и Кейнса давно неприменимы к современному состоянию экономики. Философские выкладки, развитые без идеи Бога, увели человечество далеко в сторону. Никто не осмысливает происходящее в соответствующем масштабе (или такие исследования засекречены). Всё сведено к сиюминутному приспособлению под новых идолов, — Транснациональные Корпорации (ТНК). Они развиваются по своим неведомым законам. Судя по манерам, это необычайно кровожадные, опасные и лукавые монстры, суть которых — холодное стремление к прибыли.