На государственные учреждения впору вешать прейскурант на взятки. Но люди так тотально поглупели, что не могут связать зависимость выборов и своих несчастий в одну цепочку и сделать выводы.

История многократно доказывала: при посыле выбирать самых лучших народ непременно выберет самых худших. На демократических выборах неизменно побеждают самые отъявленные жулики. Демократические выборы в больших коллективах — это всегда выборы больших жуликов. Вокруг этих действ всегда интрига, с провокациями друг против друга. У простых людей создаётся впечатление, что плохие кандидаты не дают выбраться хорошим. Лидеры всех партий заявляют, мол, народ потому живёт плохо, что выборы нечестные. В итоге интеллектуальная и эмоциональная энергия народа направляется по ложному пути. Охота на ведьм отвлекает внимание от принципиального порока демократической конструкции. Никто не хочет замечать, что реальные выборы невозможны в больших коллективах. Платон считал, что в обществе, превышающем пять тысяч человек, демократия неизбежно превращается в плутократию.

Самая большая ошибка в том, что люди видят главное зло не в системе, генерирующей жуликов и казнокрадов, а в самих жуликах и казнокрадах, то есть в продуктах системы. Мало кто способен задуматься, что это творения системы. Если убрать одних казнокрадов, система породит других, точно таких же. Если конструкция дефектна по сути, бессмысленно менять детали. Даже если все детали ущербной системы заменить золотыми, механизм всё равно работать не будет.

Люди словно ослепли. Никто не видит, что во всех демократиях проблемы похожи друг на друга как близнецы. Во всех «свободных» странах падают рождаемость и нравственность, растёт смертность, наркомания и прочие пороки. Очевидно, что причину надо искать не в качестве чиновников, а в качестве конструкции, но люди, как заколдованные, ходят по кругу пустых лозунгов. Обществу положили под компас топор, и теперь оно плывёт в опасном направлении. Подняться на высоту, с которой можно оценить верность направления, могут единицы. Основная масса не может задаться такими вопросами. Простые люди стремятся к счастью в заданных рамках. В основе их основных желаний всегда будет лежать стремление встроиться в систему. Простой человек не может задаться вопросом, чему его ребёнка учит школа. Своим родительским долгом он считает понуждение ребёнка хорошо учиться, то есть полностью доверяет системе, будучи уверенным, что школа научит ребёнка хорошему, то есть принесёт ему благо. Преподаватели, простые люди, тоже не могут оценить систему. Они просто следуют её предписаниям. Полная беззащитность народа против системы очевидна. Какой бы плохой школа ни была, мамы и папы будут заставлять детей получать хорошие оценки за учёбу. Что в итоге делает из ребёнка школа, они не понимают и понимать не могут. Потому что относительно такого масштаба — сами дети.

Сами себе люди никогда не задают рамок. Их задаёт или религия, или рынок. За сохранностью рамок следит Отец или Рынок. Когда Отца нет, Рынок высвобождает страсти, и они, ничем не ограниченные, начинают разрушительную работу.